Прил. 10. ИМЯ В ИНФОРМАЦИОННЫХ СИСТЕМАХ

image_pdfimage_print

Понятие «идентификатор личности» относится к сфере информационно-коммуникационных технологий (ИКТ). Обратимся к экспертизе в этой сфере, а именно к Заключению 2003 г. «Информационно-технической экспертизы вопросов, связанных с ИНН и техническими аспектами его использования», признанной судом. В данном документе в выводе по первому вопросу, в частности, указывается: «Официальное техническое назначение идентификационного номера человека (частный случай ИНН) и гражданского имени человека с его персональными данными аналогичны – идентификация личности. Для системы «именем» человека, т.е. достаточной для опознания совокупностью данных, равнозначно являются как персональные данные человека, так и идентификационный номер. Реальное назначение любого идентификационного номера человека (частный случай ИНН) – всеобщая, регулярная, универсальная, оперативная, повсеместная автоматическая идентификация личности и гарантированный постоянный контроль».

В решении суда г. Приозерска (РФ) по иску о признании права граждан состоять на учете без  ИНН (№ 2-3663 от 13 февраля 2002 г.) сказано: «В случае присвоения идентификационного номера налогоплательщика физическому лицу не только возможна, но и происходит замена имени на присвоенный ИНН без согласия последнего, причем не только в системе налогового учета, но и в системах учета других ведомств… Присваиваемый физическим лицам ИНН является индивидуализирующим признаком физического лица, равным по своему значению имени физического лица».

Традиционная система учета основывалась на взаимной договоренности между гражданином и национальным государством об обязанности уплаты налогов и защитой гражданских прав. Применялись традиционные способы сбора, обработки и учета данных человека по совокупности данных: имени, фамилии и отчеству, с привлечением дополнительных данных: даты и места рождения, адреса места регистрации.             Развитие технологий может существенно облегчить и ускорить процесс учета, не нарушая его сути. Ведь в электронных базах данных (национальных прежде всего) возможен поиск по совокупности полей (ФИО, дате и месту рождения, адресу регистрации), а не по номеру.             Существуют компьютерные системы учета и электронных платежей, которые не требуют обязательной электронной идентификации граждан. Для ведения современных баз данных, содержащих актуальные сведения о населении и их историю, нет никакой принципиальной технической необходимости в поголовной нумерации людей. Пример тому – Реестр избирателей Украины.            При этом такой способ учета не создает технических условий жесткого управления каждым человеком и построения всемирной диктатуры, описанной в Откровении.             Однако политическая и экономическая глобализация ведет к доминированию наднациональных факторов и унификации жизни социума. Требование единого стандарта электронной идентификации свидетельствуют об отношении к человеку как средству производства, человеческому капиталу. Отсюда и жесткое требование глобальной интероперабельности неизменяемого личного номера.

 

Не так важно по сути – как обозначен электронный идентификатор личности — в виде справки о присвоении, или он будет указываться в ID-карте, или наноситься на тело как начертание, — это технические этапы присвоения и добровольного использования, а значит, и отношения к нему.

Митрополит Иларион (Алфеев) в своем фундаментальном исследовании проблем имени «Священная тайна Церкви» писал: «Если получить от Бога имя означает подчиниться Богу, вступить на спасительный путь, ведущий к небу, то «сделать себе имя», напротив, значит воспротивиться Богу: это выражение указывает на греховное стремление людей выйти из подчинения Богу, достичь неба без помощи Божией».

Митрополит Одесский и Измаильский Агафангел дает четкую богословскую оценку этому явлению и предупреждает верующих: «Вопросы замены христианского имени на цифровой код стали вопросами жизни и смерти… В этом наблюдается отступление от Бога. Принятие личного кода налагает на нас ответственность за содеянное. Принимая этот код, мы вступаем в союз с диаволом, берем на свою душу грех». (Архипастыри, пастыри и монашествующие Русской Православной Церкви о глобализации и цифровом кодировании людей. СПб. 2004. С. 46).

Факт наречения имени – это, несомненно, духовный акт. В книгах Ветхого Завета Господь указывает, что посредством наречения имени определяется господство. Только господин нарекает имена своим рабам, а рабы принятием имени признают над собой господство хозяина имени. Так, Адам имел от Творца дар проникать в суть творения и был поставлен господином над всей тварью, и та предстала и приняла от него имена. Господь не раз нарекает Свое имя тем, кто достоин называться Его рабом, а те добровольно принимают его, например, Авраам, Сарра, братья Зеведеевы, Апостолы Петр и Павел. При этом прослеживается глубинная связь имени с личностью человека и его природой.

Признание внешней власти в каком-то действии или регулярных действиях есть поклонение. Поэтому Священный Синод Русской Православной Церкви в Заявлении от 7 марта 2000 года и указал, что «Никакой внешний знак не нарушает духовного здоровья человека, если не становится следствием сознательной измены Христу и поругания веры». Совершенно ясно, что данное определение неприменимо к тем внешним знакам, прямой запрет на принятие которых содержится в Священном Писании, к примеру: «На женщине не должно быть мужской одежды и мужчина не должен одеваться в женское платье, ибо мерзок пред Господом Богом твоим всякий делающий сие» (Втор. 22, 5).

Это определение, конечно же, ни в коем случае не говорит об имени как о внешнем знаке. Ведь если о присвоении имени и говорит внешний знак (например, свидетельство о Крещении), то это не само имя, а свидетельство установления добровольной связи с Дающим имя.

Более того, в том же Заявлении 200 г. об имени сказано предельно ясно: «Многие христиане, почитающие как святыню имя, данное им при Крещении, — считают недостойным просить у государства, чтобы оно присвоило им некое новое “имя” в виде числа».

Касательно же символов, которые явно являются внешними знаками, имеем недвусмысленное предостережение Архиерейского Собора РПЦ 4 февраля 2013 г.: «Документы, выдаваемые государством, не должны содержать информацию, суть и назначение которой непонятны или скрываются от владельца документа, а также символов, носящих кощунственный или нравственно сомнительный характер либо оскорбляющих чувства верующих». Здесь совершенно конкретно указаны признаки внешних знаков, принятие которых в соседстве с нашим христианским именем на документах недопустимо. Согласно прп. Иоанну Дамаскину, «Видимые же символы являются и мысленными».

 

В условиях, когда Церковь устами своих Архиереев официально предупреждает о все возрастающих вызовах контроля «с целью принятия управляющих решений в отношении конкретного человека» (Документ Архиерейского Собора 2013 г.), не будет ли опасной самоуверенностью или небрежностью добровольная передача в неограниченное внешнее управление (для любых действий – согласно закона) сакрального для человека имени, связующего его с Создателем, Ковчегом спасения, с предками и народом?

image_pdfimage_print
Print Friendly, PDF & Email