Протоиерей АЛЕКСАНДР ШАРГУНОВ: «Не проклинать тьму, но зажечь свечу в ночи и быть свидетелем Света»

image_pdfimage_print

Сегодня начинается Постная Триодь. Первый раз мы услышим великопостное пение: «Покаяния отверзи ми двери, Жизнодавче». И призыв, с которым Христос обращается ко всем людям: «Покайтесь, ибо приблизилось Царство Небесное», должен быть нам особенно понятен.

Мир не может, не хочет покаяться, потому что пребывает во мраке самооправдания — того, что абсолютно противоположно покаянию. Он исполнен самоутверждения, отвергающего покаяние.

Покаяние — это то, что обозначает весь путь нашей жизни с Богом. Это то, что относится к тайне Креста и Воскресения, и этой тайной измеряется. Потому и звучит «Покаяния отверзи ми двери» после того, как мы воспоем «Воскресение Христово видевше».

В покаянии, говорят святые отцы, — полнота исполнения заповедей Божиих, так же, как в подвиге мученичества. И сегодняшнее воскресенье счастливо совпадает с праздником новых мучеников и исповедников Церкви Русской.

Мы исповедуем, что врата адовы не одолеют Церковь Христову, и мы молимся нашим святым, чтобы было дано нам мужество, явленное ими, чтобы не было в нас уныния и страха, от которого по причине бедствий, как говорит Христос, будут изнывать все народы.

То, что Церковь наша пережила, по масштабам и глубине не сравнится со всем, что было в человеческой истории. Благодарение Богу, мы удостоились быть свидетелями раскрытия в мире зла до конца и явления Христовой любви до конца — никогда не было такого поругания человека, и никогда не расцветала так святость его. Среди апокалиптической, дышащей холодом смерти зимы Церковь сегодня наполнена цветами, и нет недостатка, как говорит священномученик Киприан, ни в лилиях, ни в розах — от царственных мучеников, от священномучеников Владимира и Вениамина до преподобномученицы великой княгини Елизаветы и до самых простых верующих людей. Сколько было расстреляно, замучено, сколько сгинуло их, епископов, священников, монахов, женщин, и мужчин, и детей за колючей проволокой концлагерей, в тюрьмах, на каторгах ГУЛага, сколько было их во всем народе — ни один дом не минула чаша сия!

«Предаст же брат брата на смерть и отец — чадо, — говорит Христос, — и будете ненавидимы всеми имени Моего ради». Иногда невольно подумаешь, неужели такое возможно! Во времена гонений, особенно двадцатых и тридцатых годов, когда совершался беспримерный геноцид русского православного народа, это все буквально исполнилось. Дети предавали своих родителей, и брат брата на смерть, и это считалось доблестью. Лишая человека Бога, они лишали его братских, кровных даже связей, чтобы люди не чувствовали себя ни народом, ни семьей, ни личностью. Никто, ни один человек не мог избежать этого ада, и мало было страданий за гибель близких — часто за ними следовала пытка отречения. Требовался публичный отказ от расстрелянного отца-священника в газете, ну а если это ребенок — откажись перед всем классом от родителей и от веры, от Бога. Надо было всех повязать кровью, всех сделать соучастниками в преступлении, даже своим молчанием.

Большинство слушает это и легко пропускает мимо себя, как не имеющее к нашим дням отношения. Но это имеет к нашим дням отношение. Оттого что не было покаяния народа, революция — переворот Божественного и нравственного порядка — совершается сегодня еще наглее. Вместо прежних красных лживых плакатов — на каждом углу знамена маммоны, и уже порой почти откровенно звучат призывы: «Убивай, воруй, лжесвидетельствуй, блуди!» Через средства массовой информации голос древнего змия вкрадчиво, в мягкой псевдонаучной форме совета внушает, что заповеди устарели и современный человек может жить по новым, современным законам. Никто не заставляет вас так поступать — вы сами можете свободно избрать то, что христиане еще называют грехом. Тот же самый сатанинский гипноз, то же предание братом брата на смерть, тот же итог. Упразднить Бога — значит упразднить человека в личности, в семье, в народе. Как в семнадцатом году, нужно прежде всего дискредитировать Церковь, чтобы потом произвести какие угодно разрушения. Как большевики: они много пообещали, и все взяли.

И самое страшное — это когда зло уже перестает маскироваться. Чем взяли большевики? Чудовищной уголовщиной. Надо было выбить у народа почву из-под ног. И теперь то же происходит, и еще не такое готовится. Сколько праведников ежедневно мучается сегодня в душе, как в те послереволюционные годы! Их бескровное мученичество предчувствует новые потоки крови миллионов. Мы не можем сказать, что те гонения от нас далеко. Мы всегда должны быть исполнены готовности к новым гонениям, вот о чем говорит Христос. И более того — желать, как сказано в молитве новомученикам Российским, сподобиться этих страданий: могущий вместить да вместит.

Как нам дороги эти святые своей любовью ко Христу! И какую близость общения мы чувствуем с ними, как будто они говорят: «Мы идем за Господом, чтобы на небесах приготовить вам место». Божий час — час благодати и смерти нам не принадлежит, но мы должны быть готовы, какую бы смерть нам Господь ни послал, к великому переходу.

Быть настоящим христианином не означает земного благополучия и не является гарантией для наступления спокойных дней. Добрый Пастырь нам говорит: «Вот, Я посылаю вас, как овец посреди волков». Он говорит это не только мученикам, а всем христианам. Когда мы предстоим перед высшим испытанием нашей веры, Дух Святой, по обетованию Христову, ходатайствует за нас. Не для того, чтобы обязательно облегчить наши внешние обстоятельства и спасти нам земную жизнь (не так было с первомучеником Стефаном и с бесчисленным множеством древних и новых мучеников), но для того, чтобы сделать наше свидетельство совершенным. И сегодня требовать подлинного свидетельства о Христе значит призывать к мученичеству. В первом и двадцатом веке не мечтатели какие-нибудь, а самые трезвенные на свете люди, у которых тело истерзано в пытках и в глаза которым смотрит смерть, свидетельствуют перед всем миром, что победа уже одержана. Все, что будет с нами, будет по Его святой воле, и мы можем принять все происходящее без боязни. И волос с головы вашей не пропадет, говорит Христос. Промысл Божий, Его забота простирается до мельчайших подробностей нашей жизни. Не бывает так, чтобы Он не знал, что совершается с нами. Но Он не просто знает — Он несет на Себе все наши страдания.

И сегодня Христос укрепляет нас. Все наши несчастья, наши трагедии, наши крушения, даже крушения в нашей духовной жизни и в христианском служении — в руке Божией. Мы никогда не должны ничего испугаться. Что бы ни происходило — мы в торжестве Воскресения. Господь — Вседержитель, Он все содержит, до самой малой черточки владеет всем, как бы это ни казалось порою иным. Потому мы должны принять все, что дано нам сегодня, спокойно. И конечно, когда мы в самой гуще всего, это очень трудно сделать. Тем не менее это и есть христианство, и другого христианства не может быть. Это то, чем отличаемся мы от других, то, чем отмечены мы от Бога как люди, готовые к любому отвержению, любому гонению, любой ненависти мира, потому что Христос победил. И благодать Воскресения дается нам ценой победоносной Голгофы — Его и нашей. Через все века — тот же крест, та же слава, та же любовь. Из стоящих сейчас в храмах — кто будет мучеником, если начнутся гонения? Бесконечно драгоценнее, чем проклинать тьму, зажечь свечу в ночи и быть свидетелем Света, Который светит во тьме, и тьма не может Его объять.

Слово в день Собора новых мучеников и исповедников Церкви Русской

08.02.2020 г.

image_pdfimage_print
Print Friendly, PDF & Email